Правда и выдумка истории сериала «Декабристка»

 
 

Правда и выдумка истории сериала «Декабристка»




(материалы взяты из достоверных источников и комментариев к сериалу)

http://smena-online.ru/stories/angel-spasitel

Журнал «Смена» № 18 (1497) за 1988 год опубликовал статью «Ангел-спаситель», или как по ссылке, опубликованная в сентябре 1989. Дело Левицкой в архивах не сохранилось. Виталий Еремин в Ейске взял интервью у Зинаиды Григорьевны, работавшей уборщицей туалетов в парке. Эта история написана в основном с ее слов.

«Родилась в 1911. Отец – кузнец, мать - домохозяйка. Вступила в комсомол, закончила Ейское педучилище, потом двухгодичную школу ЦК комсомола в Одессе и курсы парашютистов. Была участницей первого в стране физкультурного парада. Встретила офицера-политработника Левицкого Василия Фаустовича, родом из Варшавы, вышла за него замуж. Уехали в город Ленинакан. Работать по специальности учительницей начальных классов не брали: не знала языка. Взяли машинисткой в штаб 20-й горнострелковой дивизии, где служил муж. Потом работала в Ленинаканском горкоме партии, особом отделе СМЕРШ 4-го Украинского фронта, Военной прокуратуре Прикарпатского военного округа. Осенью 1941 года, когда фашисты брали город за городом, вступила в партию. Муж погиб на фронте. Муж сестры Марии парторг Таганрогского авиазавода Василий Иванович Кудинов в 1937 году похвалил Троцкого как оратора. Ему дали за это десять лет. Посадили как жену «врага народа» и Марию. В 1946 году, после настойчивых ходатайств Зинаиды, сестра была освобождена и этапирована в Ейск. Как спецпереселенке, ей не давали работу, раз в месяц она должна была являться в военную комендатуру. На Кудинова пришло извещение: «Умер в Ростовской тюрьме в июле 1941 года». В 1956 году Кудинов В. И. был реабилитирован.

Архив Иркутского областного суда с 1917 года хранился и размещался на стеллажах в несколько ярусов в огромном зале. За тридцать лет собралось около 900 тысяч дел. В архиве царила неразбериха. (Городские и районные суды имели свои архивы.) Как заведующая канцелярией, Зинаида вела отчетность. Председатель суда Степан Иванович Баев поручил Левицкой навести порядок. Левицкая обратила внимание, что жалобы заключенных, осужденных «тройками», «двойками» и Особыми совещаниями, не рассматривались. И стала читать дела, на которых стояли штемпели «хранить 50 лет», «хранить 100 лет», «хранить вечно». Многие из них сроки свои уже отбыли. Они должны были освободиться в период между 1941 и 45 годами, но пришло указание «в связи с военными действиями задержать...», прежде всего, осужденным по 58-й статье, добавили еще по десять лет. Левицкая примерно полгода спустя после поступления на работу убедилась, что Баев подписывает бумаги, не читая их. Отпечатала в одном экземпляре определение коллегии о сокращении срока одному из заключенных, вложила листок в стопку других определений и подала Баеву на подпись, и он подписал. В секретной части облсуда поставили гербовую печать. Потом Левицкая собственноручно положила определение в конверт, написала адрес лагеря, отнесла конверт в экспедицию. После этого бросила дело в печь.

«В 1913 году в Александровском централе, где до революции сидел Дзержинский, размещалось 400 человек. В 1949 году, когда поступила на работу в Иркутский областной суд, в централе сидело до восьми тысяч заключенных. Медсестра Алла Кушнир проходила по делу «отравителей» Горького. Инженер-строитель специально допустил перекос фундамента. Учетчица на шахте не донесла о вредительстве: бригада проходчиков недовыполнила план. Перечитала дело от корки до корки: больше ничего. Семьи в то время были многодетные - пятеро, семеро детей. Каково им будет, сиротам? Плакала я над каждым делом. Кавказец писал на клочке бумаги: «Я был пастух, я украл один овечка, мне дали десять лет, у меня семь детей...» Заключенный Ткаченко писал: «Я инвалид войны, работал на элеваторе, унес в карманах муку, мне дали десять лет...» «Первое дело, которое привлекло внимание, было дело колхозницы по имени Агриппина. Она выкинула какой-то фортель, а ей бабы говорят: «Ой, Гапка, Сталина на тебя нет!» «Пошел этот усатый на...» - сказала Гапка. Так в деле и было: три точки... Не дала я Гапке «червонец» досидеть!»

Зинаида Григорьевна проработала в облсуде с августа 1949 года по ноябрь 1951. Каждую неделю подавала на подпись Баеву отпечатанные ею «определения». «Среди множества определений, которые Степан Иванович подписывал через день, «мои» просто терялись». «Трудностью было подобрать подходящую статью уголовно-процессуального кодекса, обосновывающую то или иное освобождение без юридического образования, приходилось скрывать свою работу, унося домой дела, чтобы сжечь их в безопасной обстановке».

Никто из освобожденных Левицкой даже не пытался вернуть конфискованное имущество. 5 ноября 1951 года к Левицкой обратился судья Кировского района Иркутска с просьбой дать дело закройщицы Ш., требовавшей вернуть ей конфискованный материал заказчиков, ей нужно с ними рассчитываться. «Цены на конфискованное имущество обычно проставлялись мизерные. Работники судов, в том числе и суда, где работала, ходили по кабинетам, перечисляли, что в списке, предлагали, звонили родственникам, знакомым. Тут же собирали деньги. Едва ли судья стал сомневаться в справедливости освобождения Ш., отсидевшей 1,5 месяца лагерей, если бы, мог доказать, что конфискованный у нее материал продан через комиссионный магазин по настоящей, а не фиктивной стоимости. «Возьми машину, привези дело Ш., разберемся», - сказал Баев. Дело Ш. давно сгорело в печке. Зинаида поехала в Кировский нарсуд и увидела женщину-секретаря в гимнастерке без левой руки. В Ейске у нее остались родители, братья, сестры, поэтому отправилась в Днепропетровск, к дочери. Один билет стоил 400 рублей, шесть дней пути, нужны средства, на что жить, если не удастся сразу устроиться на работу. Тогда она выписала чек на полторы тысячи рублей, пошла в банк и получила. Ей хватило характера рисковать два года подряд. Она стыдится, что взяла полторы тысячи, тогда как по должности имела право снять со счета гораздо больше. Взяла ровно столько, сколько требовалось, чтобы продержаться рядом с сыном еще год. В Днепропетровске Левицкая устроилась на работу под своей девичьей фамилией Роговая на привычную должность делопроизводителя и секретаря-машинистки в областное управление юстиции. Прошел почти год. В сентябре 1952-го она прочла в секретной почте бумагу, где было написано: «Разыскивается Левицкая Зинаида Григорьевна...» и запоздалое предположение, что она может работать в органах юстиции. Хозяйка дома сказала, что Витя не приходил из школы. Утром Витя пришел сам. Помятый, грязный, голодный. Его взяли прямо из школы и всю ночь допрашивали: фамилия матери, откуда приехали? Мальчик совсем не умел врать. Левицкая оделась, попрощалась с сыном и пошла к областному прокурору и рассказала о себе всю правду. Ее отправили домой, сказали: «За вами придут».

«Я была дома, гладила Вите постиранные вещи. Вошел парень в гражданском. «Можно счетчик проверить?» Я на него смотрю с укором: что же ты мне голову морочишь? Он понял. Показал удостоверение: «Собирайтесь». Я уже была собрана. На улице ждал еще один. Шли пешком. Беседовали, как добрые знакомые. Я шла и радовалась, что отправила сына к его другу, что не видел, как его мать забирают. Витя пришел под вечер и все понял. Потом появились какие-то дяди и все унесли». Несколько дней Витя скрывался у своего друга: боялся, что его тоже заберут. Потом пошел к следователю Ускову. Следователь велел отдать одеяло, подушку, наволочку, простыню. Потом отвел Витю в детский дом. Зинаиду отправили в Москву. В столице очень хотели посмотреть на Левицкую.

«Бутырка. Камера восемь квадратных метров. Кровать на день убиралась в сте-ну. Ходи, думай. Потом садись и пиши. Пока пишешь, сидеть можно. Как только напишешь, табуретка уйдет в стену вместе с кроватью. Спешить не следовало. На завтрак - кусок жирной селедки и ни капли воды, на сутки - 200 граммов хлеба». Следователь Федоров разослал во все концы запросы, а сам, не дожидаясь ответов, начал требовать показаний, что она действовала не одна, что за ней стоит целая организация. Он отказывался верить, что Левицкая могла действовать в одиночку. Зинаиде Григорьевне велели написать во всех подробностях историю своей жизни. «Убейте, не скажу больше ни слова, пока не дадите другого следователя», - не выдержала Левицкая. Ей дали. Молодой следователь давал спать и не приписывал организацию. Когда изучил ее «определения», увидел, что применяла для освобождения людей не те статьи, какие следовало. «Ну почему вы, Левицкая, это делали? Не для протокола, для себя хочу получить эти объяснения». Помимо истории сестры рассказала Левицкая молодому следователю, откуда у нее взялась жалость к осужденным за мелкие присвоения. До тошноты насмотрелась она на тех, кто присваивал не по мелочам. Знала военного деятеля, который жил в замке из пятнадцати комнат, обставленных мебелью, «импортированной» на служебном самолете «Дуглас» из некоторых сопредельных стран. Сыновья этого деятеля летали на военном самолете загорать в Крым, а молодая жена демонстрировала комплект импортных шубок: норковую, беличью. «Потом было дело о торговле горючим. Это горючее ниоткуда не ввозили, отправляли из нашей страны. «Хватит!» - сказал молодой сле-дователь».Следствие закончилось. История Левицкой вызвала в органах большой перепо-лох. Проверяли, не сидят ли в других судах, подобные ей. Судить ее решено было в Иркутске коллегией Верховного суда Бурят-Монгольской АССР. «Для заседания был выбран вместительный актовый зал областного суда. Но и этого помещения оказалось мало. В те годы в сибирских городах судимым был чуть ли не каждый третий взрослый. Люди освобождались и боялись возвращаться туда, откуда их привезли. Или отбывали ссылку. Или их не прописывали в других городах. Желающих посмотреть на меня хватало. В зале было страшно жарко. Люди обливались потом. Народ стоял и возле здания суда. Мальчишки висели на деревьях. Когда меня вели в здание, кто-то протянул мне булку белого хлеба. Вид у меня после Бутырок был неважный».

На вопросы в суде: вы подписывали определения? ставили гербовую печать? отправляли определения фельдсвязью? освобождали заключенных? - судья, начальники и охранники брали вину на себя. «Тогда скажите, чем занималась Левицкая?» - с пафосом спрашивала судья. Подпись не подделывала. Печать не изготовляла. Одно только подсудное деяние - печатала «свои» определения. Все остальное «делала» спешка, пренебрежение людскими судьбами, барахтанье в гигантском потоке дел. В суде участвовали пятнадцать свидетелей. Часть тех, кого освободила Зинаида Григорьевна. Судья спрашивала, показывая на Левицкую: «Вы знаете эту женщину?». И получали ответ: «Нет» «Как же так? Она же вас освободила!» «Меня освободил Иркутский областной суд», - отвечал каждый из свидетелей. Государственный обвинитель, что поразило Зинаиду Григорьевну, ни разу не назвал ее ни мошенницей, ни авантюристкой. В заключение сказал, хорошо, что Левицкая проработала в облсуде всего два года. Если бы больше, она бы нам половину Колымы распустила бы. И вменил ей в вину освобождение более сотни заключенных. «Слышу: «освобождала врагов народа, подрывала устои». Думаю: так меня расстрелять мало. Может, и расстреляли бы, но смертная казнь после войны была отменена. Двадцать лет лишения свободы. Пять лет высылки. Три года поражения в правах. Конфискация имущества. Возмещение материального ущерба. Исключение из партии». Обыкновенная уголовная статья, признана Левицкая виновной меньше всех. Выслушав частное определение в отношении лиц, «прозевавших» Левицкую, Баев упал. Сердце. На другой день он умер. Зинаида Григорьевна чувствовала всю жизнь свою вину перед ним, что не пришла к Баеву и покаяться. Если бы он остался жив, может быть, простил бы ее. «Человек он был добрый, простил бы меня. Хотя простить мог только в том случае, если бы признался перед самим собой, что стоял не только на страже закона, но и на страже беззакония, проявлял не только справедливость, но и черствость».

Сын Левицкой окончил школу с серебряной медалью. Решил поступать в Ростовский юридический. Поехал в Ленинградский институт имени Герцена, потом в Ялтинский педагогический. Везде ему отказывали, когда отвечал: «Мама сидит». «Я ему пишу: ты не говори про меня. А он: что же мне говорить? Что мама умерла?» Потом, когда отказались принять документы в Черновицком университете, Виктор пошел в обком партии. И там нашелся человек, позвонил ректору и велел допустить до приемных экзаменов. Окончил университет с отличием, стал профессором. Жил в Германии, стал довольно известным философом, но уже умер.

Зинаида Григорьевна помнит, как помог добрый человек ее сыну выбираться в люди, как ректор Днепропетровского технологического института в своем кабинете кормил ее дочь принесенными из дома обедами, как один из надзирателей в Бутырках, улучив момент, подбрасывал ей куски хлеба. С каким нескрываемым уважением относился к ней начальник лагеря в селе Плишкино, последнем лагере, где она побывала за годы заключения. Но особенно запал в память случай в Иркутской тюрьме 27 марта 1953 года. Дверь камеры отворилась, вошли двое офицеров. И Левицкая увидела, как один показал другому на нее. Тот, что был чином повыше, попросил Зинаиду Григорьевну подойти и тихо спросил, сколько лет ее сыну. Услышав ответ, с сожалением произнес: «Не пойдет!» Под амнистию попадали, прежде всего, женщины, у кого были дети не старше 12 лет. Но срок был сокращен наполовину. А потом, в конце 1953 года, она написала Маленкову, и ее освободили в 1957 году, не реабилитировали. В 1953 году ее судили два суда. Выездная сессия и суд людской. Один назначил ей 20 лет и массу других кар. Другой полностью оправдал. «Отец мой прожил до 93 лет, мать - 107. Освободилась я, поехала к дочери. Дочь в это время работала в Красноярске. Таскала раствор на стройке. Потом устроилась воспитателем в общежитие, где жила с Валей. Одновременно работала уборщицей в школе, почтальоном. Потом вернулась в Ейск. Устроилась машинисткой в отдел народного образования горисполкома. Получала 300 рублей. А за квартиру платила 150. Когда судимость сняли, решила в партии восстановиться. В горисполкоме как получили из Иркутска копию приговора, за голову схватились: кого приняли на работу?! Я говорю: товарищи дорогие, неужели после XX съезда у вас мозги не стали по-другому работать? Меня даже слушать не хотели. Молотов в годы правления Черненко восстановился в партии. А у меня не получилось». Умерла в 1992 году.

История З.Г. Левицкой у людей, переживших те годы, интересующихся историей страны, вызывает сомнения в своей «правдивости». Закон 1932 года «О трёх колосках» смягчили в 1933 году, по нему остались сидеть только очень опасные рецидивисты. В лагеря отправляли только за серьёзные преступления, или по совокупности. Уже к началу войны, осуждённых по лёгким статьям не осталось в лагерях; в 41-42 гг. все дела ещё раз были пересмотрены и всех, кого можно было, отправили или на фронт, или в народное хозяйство. Эта статья была на основании письма читательницы и рассказа Левицкой после ее освобождения в годы, когда всё ругали, союз рушился. Достоверно неизвестно была ли такая "декабристка" и точно ли она "освобождала" невиновных, а может и уголовных, или за деньги. Чтобы судить, надо иметь полный список освобождённых, их статьи и описание преступлений. Подделала она только 46 дел, а не 410, как в сериале приписали. Или может еще 364 она освободила в 1989 году, считают режиссер и сценаристы?

Достоверно неизвестно, заплатили ли ей, чтобы выступила в 1988 году с этой историей, и доказать «правдивость» или «лживость» ее сегодня невозможно. Со времен перестройки, преимуществом власти, было оправдать себя на фоне очернения советского прошлого, пропагандой против своих предшественников: Сталин - это зло, а его система губительна.

На основании трудноотыскиваемой статьи и полного отсутствия данных по ней, создатели сериала создают политизированный, антисоветский фильм о 50-х годах прошлого века, заинтриговав и завлекши зрителя хорошими артистами и припиской, что снято на «основе реальных событий», на основе реальной истории и реальной женщины. Возникли вопросы уже во время просмотра и обсуждения той эпохи на основе воспоминаний и рассказов предков, в поисках о жизни прототитипа главной героини и в истории страны.Сериал, захватывающий актерской игрой, интересный для просмотра и суждения. Тема интересная, идея хорошая, можно было и лучше снять его, меньше показывать черных сторон на экране и больше правдоподобности, а получился он омерзительной клеветой на советскую систему, не соответствующим реалиям и событиям.

Понравился он почти соответствующей передачей общей атмосферы и обстановка того времени художественно-постановочной частью: быт, костюмы и внешность, лагерь, обшарпанные дома, комнаты, интерьеры, перила в подъезде дома, где погибает Катя, превосходная актерская игра всех абсолютно артистов, музыка композитора А.Шелыгина. Одежда подобрана, как надо, стрижки у мужчин, костюмы соответствующей длины и ширины, в фильме художники-постановщики сработали несравнимо лучше, чем в других ретро-картинах. Не понравился главной героиней и множеством грубых ошибок, неточностей и ляпов в сценарии, навязчивой идеей антисталинизма в сюжете.«Мерзкий и насквозь лживый сериал сняла еврейка Ирина Гедрович с одной целью - очернение Сталина. Жиды всегда во всех своих бесчеловечных мерзостях, которые уже сделали, или уже собрались сделать - всегда обвиняют своих же жертв, или тех, кто им противостоит. Заказчик данного фильма знал, что делает. В этом фильме собраны зверства жидов в концентрационных лагерях, созданных в 1918 году Троцким, намного раньше Гитлера. Начальниками и палачами в таких советских лагерях, как и по всей Руси - были жиды. Такого режиссера следовало бы судить за клевету и искажение истории России».

Зрители особенно отличили хорошую убедительную игру Д.Мулляра, прекрасную игру С.Пускепалиса, вызвавшего в конце много состраданий, В.Манучаров удивил качественным и достоверным перевоплощением в жестокого надзирателя лагеря, Е.Папанова весьма достоверно сыграла наглую и пробивную крестьянку. Мамонову очень хорошо удается играть злодея, даже неприятно на него смотреть. Единственный женский персонаж, из главных действующих лиц, заслуживший зрительскую любовь, жалость и интерес к судьбе, это красивая, любвеобильная и добросердечная героиня П.Сыркиной. Актриса удивила и очаровала внешним и духовным миром, поступками по отношению к жизни, близким и чужим людям, сильным характером, трагичной судьбой. Мама Зины замечательная, добрая, спокойная женщина. И самое глубокое переживание вызвал Миша. Н.Козак, Гущин, Каморзин замечательно сыграли, харизма, характер!Немалого внимания и обсуждения заслужила главная героиня сериала. Практически все сошлись на том, что справилась Светлана Иванова с ролью блестяще, достоверно, по-новому раскрылась как артистка, удивила, и сложно будет ее отождествлять с ее ролью. Не все, потому что некоторые зрительницы и посмотревшие первые серии киноблогерши ожидали от героини совсем иной роли и совершенно не поняли, что задумка сценаристов и режисерши, осуществленная актрисой, отличается, не соответствует их представениям о женщине-героине и названию сериала. Вместо того чтобы досмотреть картину до конца, поговорить с создателями и актерами, о том как они видят героев, что хотели поступками их сказать, донести, как поняли их, а потом судить о проделанной работе, они предпочли обвинить за глаза актрису Иванову в плохой игре.

Критикам хотелось видеть мудрую, рассудительную, бесстрашную, хрупкую женщину, очень глубоко эмоциональную, понятную, приятную и толстую, красивую, героиню, совершающую взвешенные и разумные поступки, вызывать восхищение ее смелость, сочувствие, что она маленькая бедняжечка в одиночку борется с могущественной системой за свою любовь и жизни многих невинных людей и т.д. Героиню типичную для подражания и копирования, идеал порядочности, иногда невольно впутывая близких людей в этой борьбе, стала жертвой ради других, беззащитная женщина с чистой душой, подобно многочисленным героиням многих российских сериалов. Вместо этого критики увидели неадекватную, наглую, хамоватую, неблагодарную, хитрую, подлую, расчетливую, неприятную, отвратительную, тощую и страшненькую эгоистку-героиню, которая вызывает раздражение и идет по трупам в прямом смысле, никого не жалея и не перед чем не останавливаясь, а порой для достижения цели манипулируя другими под прикрытием жалобных увещаний и громких речей. Эта героиня идет до конца, ради цели, если надо подмешает опасную удушьем травку или подставит, бросит людей, которые за нее поручались, доверялись, помогали в беде. И цель у нее была одна, о которой говорит в конце судье, не забота о ком-то, а чтобы ее любимый вышел к ней на свободу. Остальных она выпускала ради эксперимента, и какие они все невинные, чтобы судить, надо иметь их дела с описанием преступления, а в суде она играла на публику. Почему пучила глаза и часто моргала, без эмоций смотрела остекленевшим взглядом, говорила все реплики спокойным голосом, вызывала недоумение своим поведением, эмоциональной реакцией в эпизодах, а потому что единственное, что ее по-настоящему беспокоило, не попасть в лагерь, не успев выпустить на волю Лешу, ради этого и шла на все жертвы, преступления.

На суде ее беспокоило, чтобы никто не выдал ее преступления, из тех, кого она освободила, и не разлучил ее с любимыми. У нее была возможность доказать свою правоту, когда судья, взявший на работу, отчитывал ее за то, что освобождала врагов народа, и много ситуаций, где могла проявить себя, как защитник невинно осужденных матерей, но по сериалу выходит с натяжкой лишь мать-воровка крупы с пятью детьми могла соответствовать этому высказыванию. Судья судил ею выпущенных людей в суде, видел их дела и знал о них больше, чем Зина, которая, как выяснилось, освобождала всех ради пробы, читая лишь допрос обвинений. Не факт, что остальные освобожденные не были такими как Савельева, или хуже, но умнее и имеющие норы для укрытия, а также желание не быть пойманными с продлением срока заключения, как она. В этом сериал очень противоречив на два полюса мнений, касательно невиновных или уголовных лиц отпускала. Авторы даже не подумали показать, чем так дорог главной героине этот Леша человек, ради которого она никого не жалеет, вместе они радости-невзгоды не пережили. Показали женщину с гормональным синдромом, аморальное существо, воспоминания у неё - одни постельные сцены, с манией величия - за всех решает судьбу, наплевав на окружающих и самое главное - сына, которого поселила в притоне.

Внимательно смотрящие сериал зрителей, практически все, правильно поняли и сделали вывод, оценку героини: не героиня, а вредитель-идиотка. Они же выразили мнение: не игра актрисы плохая, а характер героини; всем противная, значит, блестяще Светлана Андреевна роль исполнила; прекрасно играет, добавив этому образу негатива; раздражает трудностью понимания; не у каждой хватило бы нервов так четко сыграть такую женщину. Иванова очень подходит на эту роль. Маленькое, тщедушное тельце, но создается впечатление, что это слониха топчется по судьбам людей. Осуждает Катю, а сама ест ее борщ, подделывет документы, подставляя этим работников суда, травит стенографистку. Стилисты и визажисты добавили негатива образу: одежда у неё большая, не приталенная, добавляющая громоздкость, лицо без грима, рожки в виде причёски, что соответствует ей и её делам. Отзывов много, даже Ивановой медаль советуют за роль дать, но также боятся, как бы данная роль не отразилась на всей ее карьере, так сыграть, чтобы верили и ненавидели – нужен талант, а выйти из амплуа – нелегкое дело. А кто-то из поклонников в ее Инстаграм даже пишет, что это худшая роль в ее карьере артистки, и играть такую роль – это себя не уважать.

"Дмитрий Муляр убедительно смотрится в образе надежного, честного, положительного со всех сторон мужчины, прекрасно играет, хотя выбор его типажа на роль главного героя некоторые критики посчитали очень странным, негероическим образом героя. "Человек, мимо которого взгляд скользит, не задерживаясь, опытный адвокат, который, по идее, должен говорить с осужденными на одном языке, но не может выбить себе койку на зоне и безропотно идет спать к параше", - напишет кинообозреватель Tricolor TV Magazine Ольга Дубро. Но если закрыть глаза на это, страдания честного адвоката на пересылке и в лагере выглядят правдоподобно. Находясь на грани сломленного духа, он не оставляет попыток найти справедливость там, где ее нет. Авторы, в ее понимании, явно делали ставку на контраст внешности и характера: хрупкая, маленькая, хрустальной чистоты женщина должна обнаружить в себе неисчерпаемые резервы силы духа. Но контраста не получилось – такое ощущение, что актриса то ли недоигрывает, то ли переигрывает, очень слабо изображая реакции на трагические события. Хочется ее немного встряхнуть: эй, у тебя все-таки мужа арестовали. Где ужас, паника или хотя бы боль в глазах и твердая решимость спасти, отомстить, отвоевать? Вместо этого вялые жалобы матери в стиле «что же я такая несчастная, один муж умер, второго арестовали, почему мне так не везет? Поеду-ка я за ним в Сибирь». Светлана Иванова играет прекрасно персонажа, поданного ей режиссером, ей не нужны излишние эмоции изначально, в связи с определенным характером героини, не соответствующим общепринятым стандартам и кого-то виденью персонажа, что и говорят многочисленные отзывы зрителей".

Поначалу фильм заинтриговал, но чем дальше, тем неправдоподобнее он становился. По истечению просмотра сюжета сериала приходишь к выводу, что название «Декабристка» - следует или читать в кавычках, как сарказм, или сериал стоило назвать «Идиотка» или «Эгоистка» и тому много причин. Декабристки были хорошо образованные, обеспеченные дамы и несли свет, просвещение и добро в Сибирь при Российской империи. Декабристки за своими мужьями в обозах ехали, имея от них законных детей. У жен декабристов была ясная цель - быть вместе с мужьями, разделить их судьбу, стараться облегчить им их существование и постоянно писать прошения о помиловании; и была возможность, они могли с ними жить в ссылке или, в крайнем случае, навещать их в заключении. Ничего этого не могло быть в случае героини сериала Зинаиды Уваровой. Левицкий не был ей мужем, свидания были исключены, даже если бы они ему и были положены по его статье. Назавание сериала и поведение главной героини совершенно не соответствует смыслу сюжета. Дискредитировала она свое гордое звание декабристки, потому что авторы не приемлют неоднозначный подвиг истинных декабристок и специально сделали, что всем близким жизнь сломала и всем кто рядом был, ради своей страсти, не пожалела даже тех, кто её пригрел, и даже своего сына и мать. Всех в жертву принесла ради свободы своего Лешеньки, потому второе название этого фильма – Жертвоприношение.

События начинают разворачиваться зимой 50-х годов в Москве, незадолго до смерти Сталина, в суд приходит адвокат Алексей Левицкий, он не проигрывает ни одного дела, вызывая недовольство коренного москвича прокурора Егора Громова на почве профессионального, а потом личного соперничества за расположение Зины. Уварова за пару дней до свадьбы с Лешей устраивает вечер, на котором, спровоцировав Громова, прикрывается наличием жениха, обвиняет его в домогательстве. Он просит участкового по надуманному предлогу арестовать Алексея, вспоминает о неграмотном рабочем, оправданном недавно адвокатом, предлагает ему выгодную сделку, и тот пишет донос на своего защитника. Суд Алексея отправляет в ссылку в Сибирь на 10 лет по обвинению в вымогательстве 300 рублей.

Что не так, так это ложь сценариста и режиссера. К 30-м годам уже была ликвидирована безграмотность в СССР, и неграмотный рабочий, не умеющий читать техдокументацию, чертежи, вместо подписи ставит крестик, не мог стоять на станке Оборонного завода, а курировал завод не милиция, а особисты МГБ. На токарей учили с детства на уроках труда, потом в ПТУ, неграмотных людей не подпускали к станку, но даже уборщикам не пришло бы в голову бить станок кувалдой. На любом заводе есть парторг, рабочий инвалид войны и если бы его признали врагом, то и особист, и парторг привлеклись бы к суду. Действие прокурора, адвокат мог сразу обжаловать письмом в МГБ или к Сталину. Рабочие в то время по 1000-1500 получали на оборонных заводах, 300 рублей в те времена были как 30 рублей при Брежневе. Не мог рабочий жить в те годы в такой нищете и бесправии, прокуроров в те годы сажали, расстреливали, и с адвокатами они были на одном уровне и на равных условиях своих полномочий. Лишение многодетной семьи средств к существованию и лишения крыши над головой, или возьми детей себе и корми, – в те годы не могло быть. В начале 1950-х уже не пухли от года, это не 1946 год, к тому же в Москве. Сценаристы взяли это с реальности своей, или намеренно, или случайно. При создании фильма не привлекался консультат по эпохе. На этом основании Левицкого оправдали бы сразу на суде, а виновных – наказали. В сериале прокурор показан хитрым и всемогущим – начальника милиции пристроил на место, заставил задержать человека, без страха угрожает выселением рабочему, и ему все сходит с рук, - вымысел сценаристов.

В фильме явственно звучит мораль: «не делай людям добра, не получишь от ни зла!». Все герои, которые пожалели кого-то, помогли или доверились, пошли на поводу, получили в ответ зло. Рабочий отплатил Левицкому, Уварова всем, кто ее пожалел, помог, и кого спасла, - их будут искать, второй брат Макагон – Соболеву, а Савельева за свободу – Зине.

Зина, бросив все, решает сама ехать за Алексеем в Иркутскую область, но останавливает беременность, от которой она серьезно намерена избавиться, и сделала бы, если бы сын Миша, не постучал в ванную и этим ее заставил пересмотреть свое решение. Мысли и желания от переживаний ее материализовалось в выкидыш на приеме у врача. И Зина в тот же вечер практически, по улучшению самочувствия, с сыном отправилась вслед за Левицким в Иркутск, с целью добиться пересмотра дела и освобождения любимого мужчины. Для любой нормальной женщины ребенок – это святое. Поведение героини не все поняли. Она могла и должна была через суд, где работает и где судили ее жениха, требовать пересмотр дела, есть много примеров, когда людям это удавалось, ждать любимого из ссылки, родить ребенка, а не пытаться избавиться от него и срочно ехать в Иркутск со вторым, к месту его заключения. Могла и уехать, когда сын был в школе, утром, а не ночью, и не идти на поводу его просьбам, если хотела так сильно ехать, но, ни о нем, ни о больной матери она не думала. Вполне могло и случиться, что ее не взяли бы в суд, и с подделкой документов у нее там не вышло б тоже. Большинство мнений сошлось, что ехала она за нездоровой потребностью в мужике, а не по любви и рассудительности, потому и вела себя так, и реагировала в ситуациях, мальчика использовала как манипуляцию на жалость.

На вокзале Иркутска Зина по собственной глупости становиться жертвой мошенника, отдав ему все деньги, отложенные на съем ее. С помощи милиционера она знакомиться с Катей, девушкой легкого поведения, которая соглашается пустить Уварову с сыном в свободную комнату за небольшую плату и возможность выплаты, когда деньги будут.

Сценаристы и режиссер намеренно, чтобы очернить русский народ и советское время, или желая, при этом показать главную героиню мученицей привнесли много ляпов в сериал. Женщины с табличками, сдающие жилье не могли стоять в то время, за нетрудовые доходы, их бы сразу арестовали. В послевоенное время люди, сплоченные общим горем, были добрее и сердечнее, многие семьи потеряли мужчин, и женщин с малыми детьми на руках и чемоданом было много и не доказательством, что женщина гулящая, и брать ее не станем. Героиня беспредельно наивна или глупа: комнату не посмотрела, отдала сразу деньги и пошла. Тапки у нее современной эпохи. Горячую варёную картошку, что ей женщина завернула в платок, Зина носила по улице до темноты. Там картошка в лёд превратилась, мальчика надо было сразу накормить, а она не дала доесть ему у этой женщины, подняла из-за тарелки. Перчатки забыла в Москве, столько проехала и в Иркутске проходила под морозом в 30-35 градусов, чемодан несла, и вместо «обморожения», легкое покраснение рук, которые поливает горячей водой с чайника. В реальности у нее бы не красными, а сине-желтыми они были, и нестерпимая боль даже от совсем холодной воды была бы. Во времена Сталина не было шёлковых пионерских галстуков, они были из сатина и не такого цвета, а ближе к кроваво-малиновому цвету.

В это время Левицкий переживает конвой и первые дни в лагере, не зная, как правильно вести себя на зоне, чтобы заслужить достойное отношение, решает следовать совести. И здесь сценаристам понадобилось показать, как тяжело было главному герою до перебора уже. Заключенных везли из Москвы в Иркутск в вагоне, в котором нельзя сидеть, только стоять и в туалет шесть дней нельзя сходить. Даже с немцами так не обращались, не могло такого быть. Арестанты вышли все побритые, сначала едва передвигаются, вот-вот упадут - а в следующем кадре уже так бодро шагают. Главный герой, адвокат, лезет на рожон. В лагерях не было такого беспредела, не расстреливали по желанию начальника. Особенно ценно, что рядом красные знамёна, цитаты Ленина и портрет Сталина, портрет бы за два дня не выдержал погодных условий Сибири. Всё это должно воздействовать на подсознание молодых.

Сериал и потому не рекламируют и поздно показывают в 23-00 по одной серии в день с 12 ноября, с понедельника по пятницу, потому, что много выдуманного, чтобы показать как всё было плохо в советское время. «Обычная пропаганда, снимать кино, придерживаясь учения Йозефа Геббельса: "Чтобы поверили в ложь, надо добавить к ней немного правды". А потом визжать про ужасы режима...» Было время, были лагеря, засуженные без вины по доносу, написаны книги, есть рассказы очевидцев и история страны, - никто это не оспаривает. Но одно дело снимать правду со слов очевидцев, которую могут подтвердить не единицы потомков по рассказам своих предков, историки, другое дело перестараться в фантазии ужасов для клеветы эпохи.

На фоне остальных заключенных Левицкий выглядит весьма неприглядно, не сильным и волевым, а обычным интеллигентным человеком, который боится испытаний, смерти, как и многие другие, над ним издеваются, мучают, ему больно, холодно, его лишили всей прошлой жизни. Он выглядит упитанным и гладко выбрит, как и сокамерники, также и когда сидит в карцере, где у него нет возможности гладко бриться, в то время как хлеб на всех делят. Адвокат не знал о лагерях, что невозможно для 50-х годов, за время следствия и долгую дорогу он не мог не слышать разговоров бывалых людей, которые делились своим опытом лагерной жизни, не мог их не расспросить. С параши не переселяются, не только вылив на себя ведро воды, если на нее один раз поселился, за стол уже не сядешь к мужикам. Начальник лагеря Макагон вылил пищу Левицкого в поломойное ведро, за его вопрос о заключенном, которого тот сам приказом выпустил за ворота и приказом охране – расстрелял, приказал заключенным, чтобы адвокат питался с ведра, а не с их стола, бригадир Кравченко поселил на нары у параши, откуда переселился, вылив на себя парашу. Левицкому зачем-то понадобилось труп снимать юноши, пойманного при побеге и убитого Макагоном на месте, его посадили в карцер на ночь, за труп ужесточили режим в лагере. Расстреливать Макагон не имел права и обязан был отвечать, за каждый патрон и отчитываться за каждый труп, беглецов везли в суд и там приговаривали за побег.

Если вначале герой Алексея Левицкого немного удивлял и вызывал жалость, то потом он из жертвы стал виновником. Попав в карцер за побег, он должен был быть расстрелян, но благодаря Зине, потерявшей через сына, а потом уничтожившей приказ о расстреле, и своего должника – брата Макагона, повлиявшего на Соболева, стал бригадиром и получил все преимущества. В конце даже сказал, что был гордым быть одним из заключенных и высокие слова о прошлом бригадире Кравченко, по его косвенной милости, сошедшего с рассудка. Японца из-за него варили в котле, а трех людей Кравченко завалили поленом, другого человека бессонницей довел до остановки сердца, Макагона до самоубийства. И при этом он изображает недоумение и невинную ничего не знающую, не догадливую жертву, или делает вид, что ничего не произошло, вызывая порой те же, что Зина чувства. Убегая от преследований, не спросит деда, зачем за ним бегают, ведет себя неосторожно.С первых дней пребывания у Кати, Зина начала ее учить, как жить. В действительности в Сибири была нехватка рабочей силы. Не надо было заниматься проституцией, чтобы заработать себе на жизнь. Не поверив, что нельзя устроиться на работу, Зина пошла, устраиваться в суд, и была изгнана судьей, на рынке принятая за нанимающуюся проститутку. Это тоже перебор сценаристов – работа была, рабочая сила требовалась везде. Специально герой Пускепалиса говорит: "я человек женатый", чтобы в следующей сцене показать его у проститутки. Одним из клиентов Кати оказывается судья Ильин, он пообещал Зине пристроить ее на работу в суд и взял на место уборщицы, хотя Зина сразу метила в секретари или на место архивариуса. Сначала она хотела отказаться, но согласилась и рьяно принялась за работу, потому что могла убирать в архиве. А попав в него, она, в первую же ночь, первым делом, начала рыться в делах архива, изучать дела осужденных, чем вызвала недоумение зрителя по поводу того, зачем ехала в Иркутск и чего добивалась, попадая в архив суда, темы декабристки и любви к адвокату – здесь нет. Выходит, ехала наобум без четкого плана действий и цели.

Секретаря суда с десятилетним стажем работы в те годы не могло так поразило дело женщины, осужденной за 100 граммов крупы на десять лет лагерей, два из которых она уже сидит. Как уже говорилось, подобные судебные дела неоднократно рассматривались, и в Москве то же, к тому времени вышел закон о пересмотре дел и многих уже оправдали, не те годы были, что люди продолжали голодать и голодали вообще на воле. Зина еще и печатает двумя пальцами постановление об освобождении, что невозможно для секретаря с таким стажем! Прибегает на звук машинки охранник, но Зине удается отговориться.

Женщину осудил за доказанное воровство ею местный суд, и по результатам следствия, по закону любой правонарушитель без поправки на его статус, семейное положение, отвечает за сделанное преступление, смягчить меру наказания может адвокат, которому нет личного мотива и смысла подставлять женщину. И тем более, нет никаких мотивов и оснований у правителя страны – Сталина, который вообще не знает о существовании такой женщины и ее дела, но Зина или от своего скудоумия, или, скорее всего, по целенаправленному умыслу создателей сериала, вкладывает вину лишь на него перед Катей. Заявляет, какой он отец всего народа, если мать пятерых детей, промышляющих, по ее примеру, воровством, с повадками будущих уголовников, как показала встреча их с Зиной, сидит в тюрьме!

Он отец народа, потому что, благодаря его командованию, советский народ выиграл войну, не только свою, но и пол Европы освободил, быстро после войны восстановился в экономике, жизни, многие плучили квартиры, работу, возможность хорошо питаться, многие искренне горевали, когда его не стало. Против него возмущаются лишь жиды, те, что сегодня раводят «либеральную политику», а тогда писали доносы, те, кто боялися его при власти, потому что не могли позволить при нем безнаказанно воровать и чудить самосуд, желающие всю вину переположить на него, и очень немногие, кто сидел в лагере, и Зины. Не Сталин сажал людей, придумал лагерь, писал доносы, а люди, многие из которых потом его и ругали, все на него сбрасывая, чьи потомки мутили и до сих пор мутят Россию, за выделенные на то деньги снимают порочащие фильмы на него и эпоху для программирования молодого поколения. Они же не терпят критику и другое мнение, противоположное своему, обзывая людей рабами или обливая тюремной бранью.

Касательно главной героини и сюжета мораль фильма выходит отрицательной. Она не добивается и не хочет пересмотра дела, а подделывает документы, и это всем показывают как приемлемый метод! Будь преступник хоть кем – хоть насильником, хоть убийцей – изловчись и освободи его, у него же семья. И как просто это, оказывается, сделать – ведь кругом одни ненормальные простаки. А через несколько лет придёт срочное освобождение – и тогда пострадают многие, включая её и адвоката, собственного сына.

Далеко не все становились ворами, были и люди, которые в войну, в голод, кушали сырую землю, но у соседа не крали, потому, что воспитали их такими родители с малых лет. О том, что семья женщины не благополучная говорит даже факт, что на Зину они нападают все сзади, как бандиты, валят в снег и грабят. Если бы они были беспризорниками и жили с детьми уголовниками, а у них есть бабушка, до недавнего времени была и мать, им на детей соседи могли сделать замечание, если не милиция, чтобы оказали влияние. Зина не предполагает, что возможно, их отцом мог быть и уголовник, и гены дают о себе знать, внушению кого-либо они не подвластны, и рано или поздно, пришли бы к такому пути итак, она уверенно заявляет Кате, что наличие матери изменит их и саму мать, виной всему Сталин. Вины последнего в этом нет, и глупость. Даже, если эта женщина и ее детьми, допустим, исправятся, и им нужно было освобождение матери, то последующие «жертвы» Сталина, указанные в фильме, выпущенные Зиной, совершенно не подходят под статью несчастной раскаивавшейся матери, и лиц, которые заслуживают освобождения и в нем очень нуждаются. Не зря люди говорят: «не делай другим добро, не получишь от них – зло», «от добра – добра не ищут», «никто не имеет права распоряжаться и вершить чужие судьбы по своему хотению, если это не вписывается в рамки закона», «советская власть просто так – не сажает, всегда есть за что». Какие бы ни были чувства к кому-то, засуженные – сели за свои дела, а не им приписанные, логичнее было бы добиваться пересмотра их дел, а не подделывать документы, подставляя этим их, себя и других лиц.

В тоже время, как мать Зина не очень думает о сыне, и набрасывается за его шалости на хозяйку квартиры Катю, которая фактически и заменяет большее время мальчику мать: кормит, вдохновляет, поддерживает и защищает от матери. Ребенок, то подсмотрит, как она моется, то фотографию возьмет ее, то нарисует с другом на двери чужой квартиры ее обнаженный вид, а Зина за это и от настроения нападает с обвинениями на Катю. Не забери Зина сына с собой в Иркутск, был бы он в Москве с заботливой и внимательной бабушкой, а не занятой чужими людьми мамой.

Утром Зина остывает от взбунтовавшихся материнских чувств за судьбу женщины, которую приговорила к освобождению, и начинает со страхом осознавать ситуацию и грозящую степень наказания за это, прибегает испуганная к Кате, говорит о милиции, которая проехала на улице. Кати тогда бы заподозрить что-то, и поговорить бы с судьей Ильином, но она доверяет ей. Ильину бы заподозрить, когда он садится с ней на диван и хочет похвалить за хорошую уборку в архиве, а она хватает воздух и чуть не лишается чувств, полная ужаса, но и он, как глупый ей верит, подписывает ее «постановление».В лагере, где находится Левицкий, по распоряжению заместителя начальника Соболева заключенным урезают пайку, а в бараках проводят тайный обыск, из-за непогоды по дороге в лагерь застрял грузовик с хлебом. Заключенные сразу замечают пропажу личных вещей и устраивают бунт, во время которого поджигают дом начальника лагеря Макогона. Левицкий спасает его из объятого пламенем помещения. Макогон выясняет, что бунт специально спровоцировал Соболев, который хочет стать начальником лагеря вместо него. Левицкий, услыхав от заключенных фамилию Макагона до смены Петухов, после спасения, рассказывают ему, что спас его брата и оправдал его в зале суда.В качестве благодарности за спасение жизни во время беспорядков в лагере Макогон предлагает Левицкому совершить побег. С этой целью ему необходимо почти трое суток пролежать в фургоне с двумя мертвецами, 17 часов до Иркутска. В действительности такого не могло быть. У них при зоне кладбище, одних там, за побег убитых, Левицкий закапывал, а они везут трупы других заключенных за 700 км. в морг. Пролежать без движения трое суток в кузове машины при 40-градусном морозе живому человеку невозможно. Патруль осматривает кузов автомобиля, в котором лежат мертвые тела и Левицкий. Только идиот не отличит ноги живого человека от ног трупов. Его берут.

Зина нагло и не осторожно встречается с выпущенной женщиной и требует ее скрыться, намекает, что дело ее сфабриковано и ее будут искать. Эта женщина хочет ехать к брату Ташкент и у него прятаться, но ее там в первую очередь станут искать по родственникам, если ее брат не перепрячет в надежное место, ее не найдут, посадят и продлят срок. Вдохновленная Зина идет в архив, после просьбы женщины освободить еще кого-то, но Ильин заявляет, что ей запрещено больше там убираться. Обозлившаяся Зина, начинает нападать на Ильина, угрожать, что все расскажет Кате, и она его заставит пересмотреть решение в ее пользу, ссылается не из материнских, а корыстных побуждений, что мать должна сидеть с больным ребенком, а она занять ее место в архиве. Он с ней поругался и сказал, что идет домой, Зина знала, еще утром ей сообщила Катя о том, что Ильин к ней в обед зайдет, и была удивлена, что расстроенная Катя, раскладывает карты и не получила от него продуктов. Зине бы всю правду о разговоре с судьей передать и покаяться, что могла обиду его на Катю, а она отводит разговор в иное русло. На ее счастье, Ильин имел ссору с женой, а потому не являлся. Чтобы получить работу секретаря в суде, Зина делает все возможное, чтобы Ильин и Катя помирились. Уварова подслушав разговор судьи по телефону с женой, нагло идет в парикмахерскую и врет жене Ильина, что на пиджаке ее супруга волос ее светловолосого сына, а вовсе не любовницы Кати, получается очень глупо, и оскорбленная жена убегает. Все получилось не совсем так, как планировалось. В итоге Уваровой приходится оправдываться перед супругой председателя суда. Ильин просит, чтобы она пришла с сыном к его жене, и здесь у сценаристов очередной ляп: Катя - пергидрольная блондинка, сын Зины - светло-русый, перепутать надо захотеть, но жене судьи напоминает покойного сына. Не стригли мальчикам модные прически. Стригли под машинку и оставляли только чуб. Жена судьи знает, что он ходил к проститутки. В то время жены шли в райком партии, и партия или возвращала в семью, или исключала из своих рядов. Ильин переводит работать Зину на работу в архив, где она сразу делает несколько поддельных постановлений об освобождении, ограничиваясь скорее прочтением обвинения судьи и оправдания виновного, чввств к ним не проявляет. Архитектор спроектировал здание, которое рухнуло, крестьянка Савельева украла козу, сказав, что ее съел волк, а не она. Вместе с их постановлениями, Уварова сделала постановление на освобождение Левицкого. Все постановления при ней читал и подписывал Ильин, на фамилии Алексея удивился, что не помнит, чтобы судил человека по такой фамилии, но в итоге подписал, а позвонив в лагерь, она узнала о его смерти. Зине снился сон с ее свадьбы, где она не может найти Левицкого, бежит за ним и находит мертвым, в нем присутствует судья Ильин с аккордеоном и танцующего его жена, которая предлагает Зине поделить своего сына с ней, не было после войны таких воздушных шариков, как показаны в сериале! Показаны современные связки воздушных шаров.

Дело адвоката рассматривалось в суде по месту совершения преступления в Москве, но его не могло оказаться в другом суде, по месту отбывания наказания, куда приехала Зина. Она печатала в суде Иркутска постановления об освобождении, но для вынесения любого судебного акта нужны предусмотренные законом и документально подтверждённые основания. Заключение наблюдательной комиссии о применении к заключённому УДО до истечения установленного законом срока, об отмене или замене лишения свободы другой, более мягкой меры социальной защиты, акт амнистии и т.д. Исправительно-трудовой кодекс РСФСР 1933 г. Сценаристы Юлия Баева и Виталий Ерёмин перемудрили много, но так и не раскрыли тему любви и декабристки в сюжете, даже в игре актеров. Поступки главной героини указывают на ее нездоровый интерес, безумное желание, а не любовь. Никаких любовных чувств между героями не было видно. Их показали вместе мало, в начале фильма, поэтому многих и удивляет, что она бросилась, вслед за ним.

В то время зарабатывали люди достаточно, чтобы прокормить семью, а некоторые пытались скрыто подрабатывать, рискуя, кто кому-то шьет, стирает, вяжет, какую-то работу выполняет за деньги. Это куда более могло бы оправдать людей в их желании прокормить семью, и выгоднее на суде бы выглядело – человек обделяет государство, честно добытыми скрытыми доходами, а не простых граждан, воровством того, что им по закону причитается. В те годы население страны достаточно хорошо жило, питалось, если не брать отбывающих срок заключенными в лагерях, тюрьмах, и их родственниками, которых могли куда-то не принимать на должность, может в каких-то правах ущемлять.

Но еще более сценаристы перестарались, видимо, чтобы объяснить насколько важно было Зине, освобождать его и других, отпущенных ею лиц, показывая лагерные пытки. После неудачной попытки побега жизнь Левицкого превращается в ад. Он узнает, что Макогона сняли, а его должность начальника лагеря занимает жестокий и бескомпромиссный заместитель Соболев. Он приказывает Левицкому задушить арестованного Макогона, но тот отказывается. Ночью Макогон вскрывает себе вены и умирает, Соболев приказывает обмыть его тело одному Левицкому. Потом начальник с садисткими наклонностями приводит его под конвоем смотреть на пытки Японца в котле, а затем, поместив адвоката в карцер, продолжать слушать его крики. Он предлагает Левицкому застрелить Японца, а когда тот отказывается, сам застреливает. Из-за побега жесткий режим коснулся и других заключенных, новый начальник ужесточил им условия пребывания и начал «учить любить советскую власть», за пререкания приказал застрелить одного заключенного. Стоит ради справедливости сказать, что с режимом нового начальника в сериале побеги закончились.

Во время беспорядков в лагере, до своего побега, Алексей заступился за Японца перед бригадиром Кравченко, что Японец не может стучать и это кто-то из его окружения, его не послушли, и как выяснилось, Японец был стукач. Но его вины в том, что он вез адвоката не более за доктора, который свидетельствовал их, и выполнял Японец приказ Макагона, перед лагерной властью пресмыкался, боялся их. От начальства и пострадал.Начальник лагеря не мог сделать заключенному подобное предложение, застрелить человека и не ответить за это. Приказ Макагона выдумка сценаристов. Применение оружия в лагерях было строго регламентировано правилами службы в ИТУ, просто так пристрелить зэка - не прокатило бы. За неправильное применение оружия виновные подлежали уголовной ответственности (ст. 88 ИТК РСФСР). Умерших заключенных хоронили за пределами лагеря, по свидетельству людей, прошедших лагеря, на выезде из лагеря охранники, пробивали кувалдой им головы, чтобы не допустить побега живого под видом мертвого ("Колымские рассказы" Варлама Шаламова).

Заместитель Макагона после обнаружения побега Левицкого говорит, что Макагона арестовали, но Макагон лежит в штрафном изоляторе в лагере. В действительности, если бы работники НКВД арестовали начальника лагеря, они бы его забрали в Иркутск, где бы и допрашивали. Начальники лагерей имели высокое положение и случайных людей на эту должность не назначали. За побег одного заключенного его бы и не трогали, если не было явного его участия в организации побега. Начальника без суда и следствия сняли и убили, по сути. Создатели фильма видимо очень хотели показать ад, не разбираясь в физиологии, поэтому ничего больше не придумали, как в рассказах об аде, где черти варят грешников в котле. Варка в котле с последующим добиванием выстрелом в голову – ложь с целью оболгать Сталина и НКВД, бред воспалённого воображения горе-сценариста. Даже в 1937-38 гг. во время "Большого террора" такого не наблюдалось, не говоря о послевоенном времени. И никто из прошедших лагеря людей, в своих воспоминаниях о таком не писал. Также варка еще и противоречит здравому смыслу, потому что, пройдя сначала варку при высокой температуре, а потом обкатывание ледяной водой, во-первых, любой человек сразу бы умер от остановки сердца, от болевого шока, а во-вторых, от резкого перепада температур. Никто три дня не смог бы выдержать такого. В реальности японец не дожил бы до утра из-за переохлаждения организма, умер бы сразу после первого закипания воды, горло сорвал бы. Приказано было нагревать и потом остужать до ледяной корки постоянно. А у Японца ни болевого шока, ни обмороженной головы и обваренной нижней части туловища, сидит и просто кричит трое суток. Сценаристы умалчивают, какая температура на улице была, и особенно ночью. Человек без движения в 16 градусной воде замерзает за 8 часов. Таких деятелей работники НКВД сами судили и расстреливали.Ложь абсолютно во всём. Уровень чудовищных сцен жестокости в серии зашкаливает. Труд был тяжелый, холодно, голодно, болезни, было строго, начальники были разные, попадались очень злобные, но без садизма, возможно потому, что время было такое, что начальники тоже могли угодить в заключенные, но зачем было снимать, жарку человека на виду у всех – никто не понял. Эти охранники и начальники лагерей сейчас ветераны войны получают хорошую пенсию. В бараке, в карцере и котле почти неделю, в поезде путешествия, всегда гладко выбритые все до блеска! Адвокат много плачет. Адвокату предложили стучать, если хочет жить, и он, находясь на распутье, взял дикую крысу в руки, чтобы по направлению ее бега определить выбор решения. Крысы предпочитали сидеть в отапливаемом жилом бараке, где заключенные прятали хлебные пайки или ещё какие-то продукты из передач, а не в холодном карцере. Они не глупые. Отравленную приманку не всегда едят, здесь ампулу с ядом. Она не смогла отравиться от разбитой ампулы, если в ней был только яд, а не какой-нибудь отравляющий газ. Если попробовать взять в руки настоящую, не домашнюю крысу, она сразу палец откусила бы, у крыс голова легко поворачивается на 180 градусов, и она успеет укусить так, что человек её сразу на инстинкте отбросит. Начальника и Японца не убил, но крысу убил! Ампулу с ядом дал доктор Левицкому и обещал мгновенную смерть, Левицкий раздавил ее случайно.

Зина, убитая горем после вести о смерти возлюбленного Левицкого, решает ехать обратно в Москву. Уехать по железнодорожным путям в действительности не было проблем, если пассажирских не хватало, - пускали теплушки, почти бесплатно, называли их без номера, "пятьсот весёлыми". Билетов не достать, ждать больше месяца, денег нет, и дома неспокойно – Зина злится на раскованную и жизнерадостную Катю и ссорится с подругой, обзывая ее подлой безработной подстилкой, настроит сына против нее, как выяснится в конце сериала. А в это время в Иркутске объявляется Савельева, которую Уварова освободила несколько недель назад по поддельному постановлению. Она осталась без жилья и средств для существования, по суду колхоз отобрал у нее дом, уволил с работы, теперь ей приходится побираться и ночевать на вокзале, идти в суд, чтобы получить хоть какое-то жилье.Зина пытается договориться с Савельевой, той самой женщиной, которую она освободила по поддельному постановлению. Савельева упирается и хочет, чтобы ей вернули дом. Сначала Зина нагрубила ей на вокзале, на вежливый вопрос, как пройти к суду, не ответив на вопрос, затем в суде надавила на Ильина под предлогом, что потеряла дело, отстрочить ее дело на неделю, потом явилась к Савельевой на вокзал и требует, чтобы она убиралась подальше из Иркутска, ее дело подсудно. Уварова ей отдала свои серьги, чтобы ей дали отсрочку в три дня. Ей тогда правильно сказали, что никто ее не просил вершить чужие жизни и кого-либо освобождать. У Савельевой была пища и нары, жизнь в лагере, а теперь она бездомная и кормится, если ей кто-то даст, и она без гроша в кармане должна еще куда-то прятаться, всю жизнь бегать и быть благодарной за то Зине.

Уварова понимает: надо срочно бежать, но у нее нет денег на билет. Катя показала ей справку уборщицы в милиции, денег не дала и в качестве источника денег предложила Уваровой переспать с ее постоянным клиентом милиционером. Но когда Котик втроем предлагает, Зина бьет его жестко по лицу и сбегает на вокзал, прихватив и сына. Он просит ее покинуть вокзал и вернуться к Кате, с которой он договориться, но Уварова злиться и оскорбляет его, обзывая, что он не смеет ей указывать, где ночевать, пристает к ней, что не дала. Милиционер напоминает ей, что отведет в таком случае в участок ее, ребенку не стоит ночевать на вокзале, и тогда Зина соглашается.

Изобразив искреннее удивление, что Катя ставит ей ультиматум, терпеть до конца месяца и первой зарплаты, она врывается к ней в комнату и начинает манипулировать слезливой историей, давя на жалость к себе и сыну, пока Катя не расчувствуется и не простит ее. В том, что Зина врет, манипулируя на сострадание хозяйки, видно по отсутствию эмоций на ее лице и по сомнительному рассказу. Муж умер на войне, и она много пила, пока мать не напомнила о сыне, и она не пристроилась в суд, мальчика дети били и обзывали его отца дезертиром, когда сама встречалась с Левицким, ее соседки обзывали шлюхой, сделала аборт от него, и потому она считает себе неправильной и хуже Кати. У нее был выкидыщ, аборт она не сделала, что пила по ней не скажешь и недоказуемо, соседским детям, откуда знать, как и за что погиб отец Миши, родители еще могут рассказать, если сами узнают, как и обзывают шлюхой за дело. После войны многие семьи были разделены, разрушены смертью близких, а кто-то сидел в лагере или был расстрелян, общее горе объединило и сплотило людей, сделало добрее и сердешнее друг к другу, люди встречались и создавали новые семьи, в квартиру к себе по ночам Зина вроде как водила одного жениха Левицкого. Сценаристы или намеренно хотят опорочить время, или совсем не знают историю своего народа. Такое отношение свойственно для 90-х годов и сегодняшних, получилась ерунда. Для любой женщины, ребенок – это все. История с абортом не возвеличивает Зину, как мученицу, а наоборот, вызывать должна отвращение, предпочла мужика ребенку от него, гораздо лучше и сострадательней смотрелось, если бы она сказала, что потеряла в результате выкидыша от переживаний.

Эти и последующие поступки героини указывают, что двигает ею не искреннее желание помочь, сочувствие беде всем, кого обижает, а страх разоблачения, желание спастись и довести начатое до конца, не гнушаясь в методах достижения, в том числе манипуляции через ложь, приукрашение, недосказанность каких-то существенных вещей.

Зина идет к председателю колхоза и выясняет, что Савельева известная пьянь, плохой человек и не желает работать. В ее доме уже живут нормальные люди, и никто не намерен добровольно без соответствующего приказа из суда ее пристраивать. Уварова, угрожая нагло и высокомерно ему, что расскажет об его отце и покажет дело, отбывающем срок в лагерях, Ильину, пристраивает Савельеву к нему на работу, выселяет людей из ее дома. Здесь не надо быть экспертом, чтобы это понять, видя ее лицо, эмоции и слыша ее речи.

В это же время в лагере появляется столичная комиссия, которая будет заниматься расследованием гибели Макогона. Возглавил ее брат Макагона, сменивший, как и брат, фамилию Петухов на благозвучную фамилию матери Макагон. Через тайгу тяжело проходимую, зимой, комиссия из Москвы доехала на белой машине «Победа». Также нестыковка и ошибка режиссера в том – не доехала бы на этой машине комиссия. К тому времени Соболев готовит приказ о расстреле Левицкого и отправляет его в Иркутский суд, по счастливому обстоятельству, его письмо попадает в руки сыну Зины – Миши, которого Уварова взяла с собой в суд как помощника, на время карантина в школе, из-за огромной загруженности дел. Миша не успевает передать письмо и прячет его за картину в доме Кати, никому не сообщив о нем. Соболев пытается угодить комиссию, Макагон грозно требует от него разговора наедине с едва живым Алексеем, переводит его из карцера и приказывает накормить. За время разговора он ни разу не поинтересовался делом Левицкого, за которое он сел, и по приезду в Москву, как член ЦК партии, он мог изучить дело адвоката и найти возможность оправдать его через пересмотр дела в суде. Вместо этого он пообещал ему безопасность на время его срока. Для этого он вызвал на разговор Соболева и приставил пистолет к нему, предложил сделку, он начальнику лагеря пообещал взамен безопасности адвоката перевод в Москву, а также придумал легенду о том, что Левицкий исполнял секретное задание правительства, а не сбегал с лагеря, что невозможно. Ошибка сценаристов. Член ЦК не рисковал бы так, если не был уверен, что ему ничего не будет и это возможно. В лагере многие знали правду, люди в комиссии слышали о побеге, кто-нибудь донес бы на Макагона и Соболева, их судили б. Макагон дарит Левицкому счастливую пуговицу, спасшую его на суде, где Алексей был адвокатом.

Братья Макагоны у Каморзина тоже неоднозначные персонажи. Обоим Левицкий помогает и обое отплачивают ему «ведмежьей» услугой, при этом безраличными остаются к чужим жизням и проблемам, используют их не в ущерб себе. Один Макагон в лагере расстреливает беглецов и подставляет заключенного, которого приказывает убить за воротами, единственное, что достойное делает - выступает на их стороне, когда узнает, что Соболев приказал урезать пайки и устраивает обыски в бараках, списывая на него. Но от страха за свою жизнь и карьеру или условия доверенных ему заключенных – стоит еще уточнить. Он боится запачкаться репутацией брата, которого доло считал засуженным по 58 статье и не хочет разыскивать, от этого негативно относится поначалу к Левицкому, а узнав, что его брат жив и оправдан, предлагает адвокату побег, сулящий ему смерть, а самому Макагону суд и риск. Он мог обеспечить адвокату возможность выжить в лагере до конца срока, но предлагает Алексею возможность умереть от холода или расстрела при поимке. Другой брат Макагон, очень быстро прознавший о брате и приехавший в лагерь, заботится больше не следствием смерти брата, как обеспечением адвокату сомнительного спасения, подставляя и Левицкого, и Соболева, и себя частично под удар. Может найтись человек, слыхавший его разговор с ними, сопоставивший известные в лагере факты. Он не расспрашивает Левицкого о его деле, сроке, который он сидел и должен еще сидеть, по приезду в Москву о нем не вспоминает, так и подставляет адвоката, некогда спасшего ему жизнь, говоря Соболеву правду после известия об освобождении Алексея.Макагон мог найти причину уйти от ответа, позвонить в суд для уточнения столь скорого и внезапного освобождения адвоката, чтобы, хотя бы, если Левицкого поймают, его бы не убили в лагере или Соболев, или мстящие за Кравченко люди, занимаясь вопросом его освобождения, подивился бы его освобождением, а он нет. Макагон обещал Соболеву и Левицкому до лета решить их дела, а выходит, заботился о своей безопасностью и малой отдачей долга Левицкому, брату, посчитав, что сделал уже все возможное для этого, он отделался от них. Помогая Левицкому и поручая его Соболеву, не беспокоился, что для достижения этого задания пострадают невинные люди, он про них не думал, все повесил на них с себя. Левицкому спас жизнь, если его не поймают и о нем никто не вспомнит. Соболева наказал Москвой, но из должности не снял, под суд за жесткое «воспитание» заключенных не отдал, а смерть брата замял, хотя имел возможность и свидетелей.

Бригадир Кравченко отказался защищать Алексея, по правилам воров, он стукач и его следует убить, если не расстреляли начальники, чтобы на него подействовать, Соболев приказал убить трех его лучших людей, завалив поленом. Бригадир – ставленник администрации, не мог придерживаться воровских понятий, стукача не пущу в барак, воры в законе совсем отсутствуют в то время, когда по всем лагерям шла война. Актер Козак играющий бригадира, уже не раз снимался в фильмах о лагерях, мог подсказать, проконсультироваться сценаристам да режиссера. Левицкий возвращается в барак, за него сразу заступается бригадир, это вызывает недовольство у сторонников бригадира.

На выездном заседании суда Зина случайно заметила живого Левицкого. Стенографистка заболела, и Ильин взял ее в лагерь. От нахлынувших на нее эмоций, она почувствовала себя плохо при вынесении приговора заключенному Зиновьеву. Ее отправили в тюремный лазарет. Через доктора она передала Левицкому, что она была рядом, воодушевляя Алексея. В это время у Левицкого в бараке наметились проблемы с бригадиром Кравченко, а начальнику лагеря Соболеву нужно, чтобы Алексей был жив, иначе о переводе в столицу можно забыть навсегда. Он решает сам уладить конфликт. Алексей на спор не спит двое суток подряд с заключенным, желающим в споре доказать, что адвокат – стукач, на третьи сутки во время работы – от остановки сердца заключенный умирает. Над Левицким снова сгущаются тучи: ночью потерявшему рассудок бригадиру являются погибшие товарищи, которые «приказывают» ему убить Алексея. К счастью, адвокат лег на его нары вниз, удар достается Зиновьеву, бригадира отправляют психиатрическую больницу, а Зиновьев после обработки раны отправляется на волю, адвокат передает ему записку для Зины. В отсутствии Зины, что обещала вновь приехать в лагерь, судья Ильин пересмотрел дело честным путем и оправдал Зиновьева, отсидевшего семь лет лагерей.

Бригадир Кравченко, что сыграл Николай Козак, замечательный герой. Потом главный герой его вспоминал, как справедливого и честного бригадира, не смотря ни на что. Его герой пострадал сильно и ни за что. Остался один со своей бедой, не знал что делать, обратился к доктору за помощью, но не смог объяснить, что с ним происходит, и в итоге сам пытался решить проблему не самым лучшим способом, но благодаря лагерному хирургу, все-таки не стал убийцей, он этого не хотел. Вначале он поселил Левицкого у параши и пытался воспитывать воровским законам – сжал кулак – бей, смотивировал сделать заточку с ручки ведра, после того, как адвокат облился из параши – зауважал и переселил на верхние нары подальше от параши, не трогал и не обижал его. Если он говорил, что Японец стукач, и донес разговор его с доверенным человеком начальству, то все верили, даже увещанием адвоката, что это может не он быть стукачом – никто не верит, и как показано Кравченко прав. Он верен своим принципам и стукачам не место в лагере, беглец – не имеет право возвращаться в барак, сразу переходит в категорию стукачей, должен быть убит или властью лагеря, или самими заключенными, за это и страдает. На его глазах убитытрое его людей, он мучается совестью и видениями, где они говорят ему убить Левицкого, отомстить за их смерть, и в то же время Соболев угрожает за нарушение приказа смертью еще троих его людей. Это сводит его с ума, он хочет убить Левицкого под действием болезни и смерти в результате спора еще оного человека, но ударив ножом Зиновьева, останавливается и раскаивается искренне в содеянном поступке.

В это же время Савельева шантажирует Уварову, грозясь раскрыть правду Ильину о поддельных постановлениях. Она не работает, пьет и требует денег на мебель, стулья, председатель колхоза угрожает ей увольнением из колхоза за отлынивание от работы. Савельева приходит в суд, Зина не дает ей встретиться с судьей, качественно душит ее до хрипоты, угрожает расправиться с ней. Савельева находит ее сына, которого видела уже в суде, дарит ему пирожки с битым стеклом, которое находит Уварова. Она приходит к Савельевой в дом, и пока та прячется за печкой, угрожает серьезно придушить насмерть. Ильин, обеспокоенный здоровьем Зины, не предупредив ее, уезжает со стенографисткой в лагерь на суд раньше назначенного времени, но у Уваровой есть возможность еще поехать в лагерь забрать документы, и мешает ей в этом стенографистка с грудным ребенком на руках. Услыхав о ее аллергии на зверобой, Зина не рассуждая, покупает траву и кладет в ее остывший чай, поручение ехать в лагерь передают Зине, а стенографистка в тяжелейшем состоянии попадает в больницу. У нее по идее, должен был случиться оттек Квинке, от которого она могла, задохнувшись, умереть. Узнав о ее состоянии, Уварова приходит в больницу и растерянная признается, что запуталась в своих делах. Медсестра приводит ее в дом к иконе Матери Божьей, где Зина дает обещание, что больше никого не станет убивать и подставлять.

Утром стенографистка возвращается здоровая на работу, а Зина счастливая тем, что все обошлось и она сегодня отправляется в лагерь за бумагами, на встречу с Левицким, идет в кабинет к судье за подписью и застает там Савельеву, которая все рассказала Ильину. Ильин отдает Савельевой все свои сбережения в обмен на молчание и увольняет Зину, выставляет без верхней одежды за проходную и требует охранника не подпускать ее к зданию суда. В отсутствии Савельевой он говорил Уваровой, что она не его, а Сталина предала, Ленин перевернулся в гробу, что выпускала она врагов народа и должна была понимать, что делает, как его, себя и всех подставила. Ильин ей сказал: «как ты можешь судить о человеке, прочитав несколько строчек из допроса и делать вывод, что он не виноват...» В сериале не показано, кого она еще освобождала и почему судье быть не правым. За всю его речь Зина сидела невменяемая с отсутствующим интеллекта взглядом и думала скорее о том, что не успела сделать на Лешу освобождение, ничего не слыша и ничего не видя. Весь ее план разрушен, потрясение с нее сошло, когда Ильин силой поднял ее со стула и повел к проходной, она спросила, не ведет ли он ее в милицию, чтобы арестовали. У нее была возможность поспорить о врагах народа, прореагировать на Сталина, сказать, зачем это делала, отрекаться, но она молчала. Когда в суд вошла жена судьи, не объясняя причины увольнения, она начала ныть, давя на жалость, и вымогать у нее устройства на работу, ей жена Ильина вынесла вещи и обещала место уборщицы в парикмахерской. Вечером Зина нагло пришла к парикмахерской и бесцеремонно стала спрашивать, когда ей выходить на работу, на что жена судьи ее отчитала. Ильин рассказал ей все, отдал свои средства, получил сердечный приступ, а Уварова имеет наглость приходить и требовать работу, она пообещала, что сделает так, что Зину никто в городе не возьмет на работу.

Зина Уварова собирается отправить сына в Москву к маме, но не знает, что мама тяжело заболела и ходит с палочкой. Мать хочет отправить Зине письмо, но ей не хватает средств, она заказывает разговор по междугородней линии с дочерью на три минуты. Дочь с опозданием прибегает в пальто Кати, она продала свою шубу, не сразу соображает, что надо нажать кнопку на телефоне, и успевает матери сказать, что у нее все хорошо, разговор прерван окончанием времени, а денег на телеграмму или звонок – у Зины нет. Соседка берет деньги и письмо матери Уваровой, но ей на почте сообщают, что неправильный указан адрес, а когда он заходит к женщине для уточнения данных, находит ее мертвой. В это время Зина напрашивается идти с Катей на встречу с приезжими москвичами в отель, чтобы заработать денег на билет за проведенный вечер, но внезапно случайно там сталкивается с Громовым, который приехал в Иркутск в командировку, она сбегает. За нее приходится отрабатывать Кате, Громов избивает и жестоко насилует Катю, придя домой, она сообщает об этом Зине, и в это же время в дом является милиция, Катю забирают по обвинению в воровстве у москвичей с отеля, и в участке жестоко избивают. Утром она приходит и сообщает, что Зина должна встретиться с Громовым, иначе Катю посадят, до этого Зина не понимала, что всему виной она, и не подставь ее в отеле, ничего не было бы. Уварова уверенно приходит к Громову и раздевается, требуя на эмоциях рассчитываться с ней, но вспомнив о постельных сценах с любимым, произносит имя Леша, Громов злится и ее сразу выгоняет, у нее с ним ничего не было. На следующее утро приходит телеграмма о смерти матери Зины. Ильин передает слова Громова, что Зина – декабристка.

В сериале показано, как несчастная мать с палочкой, едва передвигая ноги, приходит на почту, где ее все жалеют и спрашивают, почему дочь о ней не беспокоится, замечают, что она больна и как ей трудно. Она потверждает это, говорит, что хочет услышать голос дочки, а дочка, наверное, занята, ей даже разрешают донести деньги. Показано, как мучается мать сердцем и переживаниями за дочь, не может сходить на почту, и вокруг о ней заботятся посторонние люди, соседи, и как она тихо умирает, не причинив никому проблем, а главное дочери, которая сразу о ней забывает, как вновь получает место в суде. На похороны не едет, получила телеграмму и в тот же миг входит Ильин и говорит, что возвращена на работу Громовым, а там уже последняя возможность вытащить Алексея. И мать такая добрая, открытая и сердешная, ни словом не корит дочь, хотя Уварова оставила ее на руки чужим людям, защищает ее перед соседями и знакомыми, верит в нее и за нее переживает, может и на ее проблемы с сердцем повлияла, усугубляя своим молчанием. За все время Зина много раз вспоминает и видит во снах, мечтах своего жениха, но, ни разу не вспоминает мать, как показано в сериале, не пытается с ней связаться, хотя бы спросить о ее здоровье. Любить мужчину никто ей не запрещают, но в первую очередь Зина могла и должна была позаботиться о тех, кто ближе – сыне и матери, но видимо они ей мешали или оттвлекали, что думала она о них лишь в критические минуты. И потому для зрителей отрицательный ее персонаж стал еще в первых сериях, а заключили – последние серии.

В лагере тем временем Левицкий назначен бригадиром барака. Заключенные не воспринимают его всерьез, а Соболев нагружает невыполнимыми заданиями. Пострадал в жизни сильно от своей жестокости Соболев, но продолжает дальше. Алексей уже близок к отчаянию, но зарабатывает авторитет после того, как изобретает действенный способ борьбы со вшами при 30 градусах мороза. "Вши погибают на морозе в минус 5°С в течение 20-30 минут, более крепкий же мороз убивает их практически моментально. При этом вши умирают на морозе лишь при нахождении вдали от тела человека. Например, нельзя уничтожить вшей на голове, просто пройдясь зимой по улице без шапки".

На основе выводов Зины у Кати и последней речи на суде перед ссылкой, то и Соболева можно оправдать, если придумать или поискать мотивы. Так он мог быть из нормальной семьи, которую либо рано расстреляли, сослали, и он воспитывался, или в условиях, созданных советской властью, или садистом, либо жестоко убили на его глазах, испортив ему этим присихику и вырастив таким. Сценаристам было мало показать его «работы» в лагере, они показывают еще предысторию, за что он был сослан в лагерь на бессрочную службу без права на повышение и переезд в Москву, и чем мучается уже много лет, не любит месяц март, показывают, что он тоже по-своему жертва советской системы.

В марте 1943 года он допрашивал немецкую разведчицу, что по-немецки просила позвать начальника, обвиненную в гибели советских разведчиков и разведчицы Климовой. Так, как ее допрашивали, делают большинство работников НКВД, и Катя, также была избита, только работниками милиции, выглядела не лучше. По приказу Соболева, доктор сделал шпионке болезненную, не смертельную инъекцию, и она умерла от болевого шока, признавшись, что разведчица СМЕРША Климова, за что Соболев был сослан в лагерь, во сне просит у нее прощение. Макагон скажет, что он использовал фашистские методы и прекрасно должен был знать, что не имела она права раскрываться перед ним, выполняя лишь сценаристам известное задание, и отказал в переводе в Москву из-за ужасности его преступления. Если бы это было так, Соболева расстреляли бы или в ссылку заключенным отправили, как и помогающих ему в этом лиц. Но так, как доктор, молча, сразу бросился выполнять его приказ, это может значить, что лишь по отношению к Климовой – было это недопустимо, а простых советских людей по обвинению, можно и будут. Эту мысль явно хотели донести создатели, как и то, что режим, если надо не щадит даже своих людей. В ее случае, он сознает, что переусердствовал и жалеет об этом, хотя для садиста жалеть нет смысла, сценаристы видимо хотели показать неоднозначность глубины его персонажа. Он еще лютует, что срока давности его преступлению нет, в отличие от заключенных, на него возложенных, у которых есть определенный срок наказания, и возможность выйти и начать все сначала. Потому, скорее и подставил, изжил, Макагона, заняв его должность, пошел на сделку с его братом, чтобы реабилитироваться и попасть в Москву, жить и делать карьеру на спокойной и более солидной должности, чем начальник лагеря. Но, Макагон не выполняет данного ему обещания, ссылаясь на дело Соболя и то, что тот сам обязан был о нем сообщить, и выходит - он Соболеву ничего и не должен. Вины за звонок в суд Иркутска его нет, он обязан был, как и другие начальники, сделать это сразу, когда в лагерь приходило «постановление Зины», к тому же Зина сама дала повод этому.

Уварова не едет на похороны матери и забывает о ней. Громов оказывает помощь Зине в ее трудоустройстве в суде, Ильин приходит с этим к ней и слезно умоляет больше не делать подложных постановлений. Но Зина прекрасно понимает, что без этого Левицкого не освободить, это ее последний шанс освободить любимого. Тогда она решает подделать подпись начальника суда, чтобы не показывать ему поддельные постановления. Печатает постановления о заказе столов и стульев в суд. Ильин, узнав об этом, просит об отставке, и от пережитых волнений у него случается удар. Зина привлекает своего ребенка к делам судопроизводства, работе с секретной почтой, найдя, спрятанное им, письмо о расстереле Левицкого, уничтожает его, впутывает в свои махинации, вынуждая поделиться способом подделки подписи, держит бумаги с копиями подписи и дела заключенных на столе, блокнот, где записывает, кого отпустила на работе в столе. Есть нестыковка у мальчика линейка ГОСТ – 1974, а у Кати пудреница, появившееся в 1969 году. Уварова идет в больницу с Катей к Ильину, где судье становится хуже в палате и Катя выгоняет Зину. Незадолго до сердечного удара, Ильин говорит Кате о том, что Зина использовала его и подделывала документы, а теперь подделывает его подпись, и Катя едва не поссорилась с Уваровой, застав ее за занятьем. Потом Зина идет к иконе с уже подготовленной, отрепетированной речью и находит ее сгоревшей вместе с комнатой. Символично, если взять дела и поступки Зины, не божеские ее намеренья, а сатанисткие. Подавленная Зина уже собирается бежать в Москву, но получает письмо от Левицкого, переданное ей через Зиновьева у суда. Тогда она решается изготовить последнее поддельное постановление, забыв обо всем на свете и заглушив в себе инстинкт самосохранения. Она подделывает подпись, и Алексей выходит на свободу. Он говорит высокую речь перед заключенными, благодарен им за то, что принадлежал к ним, вспоминает бригадира Кравченко лестно.

Зина Уварова настолько счастлива, что рада делиться своей новостью со всеми, и ждет от других той же реакции явно. Кате и Мише она сообщает, что Алексея честно помиловали и отпускают, но ей нужно еще добить судью Ильина, которому она прямо заявляет, что все делала ради освобождения своего жениха, а людей отпускала и стулья заказывала за его подписи, чтобы проверить получиться или нет. Она без тени сожаления, горести, очень веселым и спокойным тоном просит, чтобы он ее простил и порадовался за ее новообретенное счастье, ведь через неделю она уедет к жениху и будет жить счастливо. Другая бы женщина на месте его жены, спустила бы Зину с лестницы, а подслушав ее разговор с судьей, убила бы, а не впустила. Уварова, услыхав, как он звонит, решила сама про себя, что он ее простил. После инсульта, Ильин превратился в парализованного инвалида на коляске, не может разговаривать и реагировать, хотя все слышит и понимает, он ее не сдаст потому. У Зины была возможность объяснить ему, почему она освобождала людей, или солгать ему, пожалев, и она сказала ему правду, открыто, честно, как и хотели увидеть от нее зрители, подтвердив мотивы и действия всех своих поступков.

Персонаж Ильина вызывает у большинства жалость, и этому много причин. Возможно игра актера Пускепалиса, а возможно, зрители расценили его героя так. Человек воевал, потерял сына, имеет слабость любить свою жену и любовницу Катю, работает судьей и имеет хорошую квартиру, пожалел Зину и через нее все потерял, стал инвалидом. Так потомки рабочего класса, обворовавших и обворовывающих, зажиточных и богатых, по их усмотрению людей, для которых все чужое добро – повод это отобрать, а человека обвинить в нечистоплотности, осудить Ильина, но таких людей мало. Человек честно работал, квартиру не украл, а заработал, как и жена его работает в парихкмахерской, другой бы каждую букву вычитывал у Зины, а он читает и доверчиво подписывает, не захотел по ее правилам играть, так подставила поддельными подписями и довела до инсульта. Посмотреть на лицо Зины и ее поведение, речь напоследок – она ни каплю не сожалеет и люди для нее средство для достижения цели, попользовавшись ими, она об них вытерла ноги, счастье судьи, что его по болезни не привлекут к суду, но лишат членства в партии, может и квартиры. Теперь жене одной придется работать и поднимать его. Что до осужденных, которых он судил то, кто сказал, что он судил невиновных – в сериале, никто об этом не говорил. Одна украла действительно крупу, другая украла и съела козу, списав на безвинного волка скорее, третий – спроектировал здание, что оно рухнуло, про остальных ни слова не сказали, - все эти люди осуждены за дело. В сериале говорят 29 человек, пишут в конце 410, а показали лишь трех, что не свидетельствует, что судья не прав, когда говорит, что Зина выпускала врагов народа. И не факт, что это не так – кого еще Зина выпустила, не сказали и не показали, она многого за сериал не договаривает.

Единственная вина судьи, что он взял на работу бесчувственную и равнодушную Зину, которая приходит, не беспокоясь о его состоянии после своих слов, и заявляет, что все постановление были для пробы, ради спасения Лешеньки. Он воспитан был честным и правильным гражданином своей страны, старался жить также, из-за Зины получил удар. Ильин понимал, что должен по совести сдаться, а сердце болело за жену и Катю, он и собирался уже идти, но инсульт его сразил. А пришлось, потому что Зина выпустила новое постановление за поддельной подписи Ильина, когда он уже уволился сам. И во всем этом судить стоит одну Зину. Судья по стоянию здоровья не был призван к суду.

Ей милиционер Котик сказал, чтобы она не ходила на встречу с Левицким, подождала, когда грузовик с лагерными надзирателями уедет, а он передаст Алексею письмо, деньги и документы, которые внезапно у Зины на него нашлись. Зина объяснит свой поступок с криком бежать и обниматься, целоваться с адвокатом возле машины на глазах у всех тем, что ей, откуда знать, что нельзя, опыта такого нет, а если и предупредили – это не значит, что надо верить безоговорочно. Оказавшись на свободе, Левицкий едет в другой город, где через неделю с ним должны встретиться Уварова с сыном.

Охранники донесли в лагерь начальнику, что видели бабу, что уже приезжала с судьей в лагерь и устроила истерику с избиванием охранников под предлогом, что ей необходимо срочно на улицу выйти, а Соболев после разговора с Макагоном, который прямо его послал с устройством в Москву, позвонил в суд. В суде пошли искать Уварову, запертый архив с помощи милиции вскрыли, а там видимо нашли все ее бумаги. Весь сериал Зина не прятала блокнот с записями и бумаги с подписями, что копировала, а дела – не показали, чтобы вообще сжигала, все лежало – в столе и на столе.

Но Зина Уварова не успевает уехать, ее арестовывают. Придя домой Уварова, не сразу заметила, чем озабочена Катя. На ее вопрос о том, почему Зина ей не сказала, что подделывала подписи и документы, Зина отказалась, а от Алексея отмолчалась, пока Катя не сказала, что все доказательства ей уже предъявили. Зина сидит без эмоций, но не расстроенная совсем, а Катя предлагает всем бежать, милиция обещала прийти и арестовать их обоих, Катю как соучастницу, а Мишу отправить в детдом. Зина тказалась ехать, сдалась на глазах у сына милиции, не объяснив ему ничего, кроме как, сказав, что любит и за ней не шел, а от Кати требует ехать с сыном на встречу с Лешей в Москву. Тогда мальчик и сказал Кате то, что характеризует все отношение Зины к ней, к судье, и всем, кто помогал ей: «ты очень плохая, мне мама всегда говорила, я тебе не верю, мама вернется, а меня здесь нет, она рассказывала, что ты актриса и по ночам репетируешь, а я знаю правду…». Кате бы не идти на поводу очередной раз Зины, вспомнив о том, сколько раз она ее использовала в своих целях и подставляла, а Катя решает сама отвезти Мишу Алексею, от чистоты сердечной, уговаривает Мишу ехать с ней.

Катя единственная из семьи выжила в блокаду, зарабатывает на хлеб своим телом, среди любовников у нее есть женатые мужчины, но она не потеряла от этого сострадания к ближним и чужим людям в беде и душевную чистоту. У нее одна проблема – влюбчивость. У Кати была возможность заподозрить Уварову и на нее донести Ильину, выгнать ее под надуманным предлогом, не идти у нее на поводу и не вешать на себя ее сына, но она доверяет, прощает обиды, помнит добро, любит и бескорыстно отказывает в браке милиционеру, в спокойной жизни. Зине она не делает зла, в то время как она настраивает сына против нее, мальчик об этом говорит, когда не хочет ехать, множество раз, сначала подставляла Катю, прося о чем-то, а потом бросая, ссоря с любовниками и сама, обзывая ее. Кате, как и любой другой женщине, ясно, что Уварова возьмет деньги и не вернет, а скорее станет с ними жертвой еще одного мошенника и потребует еще денег, или приедет за ними вновь. Катя отговаривала Зину идти в отель, где был Громов, как и с миллиционером Котиком, Зина знала и должна была осозновать, куда, зачем идет, и что будут делать мужчины. Не появись и не убежи Уварова в отеле у Громова, никто не избивал бы и не насиловал Катю. Громова давно бы за это посадили, а главное, что он Зину не изнасиловал, хотя должен был по логике, обозлившись за Лешу. Некоторые зрители выразили мнение, что из-за телосложения и форм актрисы передумал. Также было мнение, что красивая П.Сыркина должна была играть мать мальчика, а С.Иванова проститутку. Катя искренне любила и пережива за Ильина, придя в больницу, Зину выгнала бессовестную из палаты, когда Ильин начал выражать пальцами просьбу ее выставить. Она жалела Уварову. Катя могла бросить мальчика в Иркутске или Москве, или слав в детдом, где как над сыном врага народа над ним все издевались и клеймили позором, он никогда бы не поступил в иститут, клеймо матери приследовало бы его всю жизнь. Катя его довезла, практически передала Алексею в руки, погибла и все из-за Уваровой. У всех зрителей она вызвала жалость и сострадание, как и Миша, как и его бабушка, добрая женщина, умершая на руках соседях, одна, никому из родных не нужная.

По приезду в город, ничего не подозревающий, Левицкий селится у одного алкоголика деда на коммунальной квартире и ждет срока встречи. В это время Левицкого объявляют в розыск, прятаться ему становится все сложнее. Дед, герой войны, получивший медали за бой на море, увидев в розыске, сдает адвоката участковому, но в последний момент его спасает, не объясняя причин, просит его бежать через окно, чтобы не быть арестованным. По вине Зины он становится заключенным в бегах, ему грозит продление срока в лагере и возвращение обратно, откуда его выпустили, а там – вероятная смерть. Катю грабят на улице, когда, не дождавшись Левицкого, она с Мишей, пытается найти квартиру. Чтобы заработать немного средств, и накормить мальчика, она знакомится с двумя взрослыми мужчинами за пивом, идет с ними в подъезд, на последние этажи. Они отказываются платить, и пытаются изнасиловать Катю, на шум открываются двери и люди собираются вызывать милицию. По логике мужчинам стоит убегать, чтобы не угодить в тюрьму, а они начинают ее избивать. Сценаристы, будто дают понять, что погибла, неудачно упав. Во время избиения в подъезде, падая, она ударилась о металлическую стойку перил и разбила правый висок. Один из нападавших наклонился к ней, протянул руку, замер, потом изменился в лице, руку отдёрнул и крикнул другому: "Валим, быстро!", словно, понял, что она мертва. Так как показана эта сцена, она не могла умереть, потерять сознание могла, если бы удар был об решётку, а она мягко свалилась к решетке, но Миша провел ночь в сарае, один, сбежав от милиции. Потом стал приходить к магазину, где его подкармливал человек, руководивший работой грузчиков, директор магазина. В очередной раз, подавая Мише колбасу и бутылку молока, он спросил: "Откуда ты, малец, может, потерялся? Уже который день сюда ходишь..." Миша каждый день приходил на вокзал и сидел там, где его просила ждать Катя целыми днями с чемоданами. Будь Катя жива - она давно бы вернулась на то место, где оставила Мишу ждать ее. Улица возле автостанции, где Катя с Мишей ждали Левицкого, в третий раз показана уже с вывешенными красными флагами, как на 1 мая, но люди ходят в зимней одежде, в зимних шапках среди зеленых деревьев. Алексей зарабатывает грузчиком денег, решает переехать в другой город и случайно из окна автобуса замечает плачущего Мишу с чемоданом на вокзале, бежит к нему. Мальчик зовет его папа, они обнимаются, а дальше думайте сами.

В тоже время Зину пытают в тюрьме. Уваровой представляют все доказательства ее вины следователь и говорят, что освободила она 29 человек в этом сериале. Работала она почти месяц в суде, от силы, если отталкиваться от времени и количества событий на серию, или день, стоит зима. У Зины вся 58 статья со всеми подпунктами и есть свидетели, в отличие от реальной Левицкой, на чью историю режиссер указал, опирается сериал, которая не подделывала подписи, не воровала документов и подделывала, не имела свидетелей. Как работник суда, Уварова должна была понимать, что в ее деле ни один адвокат уже не поможет и лучше, как советует ей адвокат, подписать документ признания вины. Зине по несколько суток не дают сидеть и спать, а сама сцена пытки в сценарии тянет на комедию. В действительности адвокат никогда не принимает участие в пытках заключенных. Здесь Зине кричат в два уха в рупоры из скрученной бумаги адвокат и следователь сознатся. На следствии и суде у Зины прорезается голос, до этого она изображала невинную жертву и пыталась разжалобить, а в отсутствии тех на кого это действует, Уварова показывает свою настоящую сущность. Она грубит следователю, что не милочка, тогда он спрашивает, может называть враг народа, как ей больше подходит по делам, и с чем согласны все зрители. Она грубит адвокату, что он не умеет и не хочет ее защищать, если предлагает во всем сознаться и подписать показания, на него и прокурора в суде набрасывается с вопросом – поймали ли кого-то из ее освобожденных людей, грубит судье, заявив и самоуверенно считая, что никого не нашли. Все освобожденные воссоединились с семьями и благополучно уехали подальше, как им советовала она. И тогда суд вызывает свидетеля Савельеву, которая честно признается, что Уварова ей угрожала, дала работу, вернула дом, давала повод уличить себя в подделке документов, боялась ее, потому и не пошла сразу в милицию, про Ильина ни слова не сказала. Вначале при ее появлении гонор спал с Зины, она была поражена и испуганна одновременно, такого хода событий она не ожидала, моргает, а под конец речи, рассвирепев и не сдерживая злость, она начинала обвинять Савельеву без доказательств во лжи и подкупе, обозвала алкоголичкой. Савельева была не пьяна и не выражала лицом, эмоциями, движениями неловкость, замешательство, не шелохнулась и спокойно посмотрела на Зину, а потом на судью смотрела, как человек, выполнивший свой честный долг. Судья ее отпустил. Зину объявили врагом народа и дали 10 лет лагерей с конфискацией имущества, из которого у нее одно пальто продать. Если бы не все, что было показано в сериале через героиню, ее поступки и слова, может речь и имела смысл, но говорила Зина ее явно не из глубины и искренности души, а чтобы обратить на себя внимание. Укрыть от всех правду о том, что ей безразлична судьба всех ее отпущенных людей, ей никого не жалко кроме себя и своей болезненной страсти, ей больно, что с Лешей ей не скоро встретиться. Это звучало в голосе, в интонациях актрисы, в ее отсутствующем равнодушном выражении и плохо изображенной горечи слов, для этого отрицает, что выпускала, как правильно заметили следователи своего сожителя, хотя всем давно в суде была понятна причина. Ни зрителей, ни сидящих в суде, она не пробрала и не рассчувствовала. Уварова говорит, что ей дали такой приговор, потому что она женщина, а иначе ее расстреляли, она не жалеет, что матери вернулись к детям, что людям дала второй шанс, что отправляется в лагерь, а жалко, что она не освободила больше людей. В конце сериала напишут, что Зинаида Уварова, героиня С.Ивановой, отпустила 410 человек, откуда-то возьмется такая цифра. Даже реальная Левицкая за два года освободила лишь 46, а здесь в сериале за месяц или чуть больше, столько людей выпустить. Также касается личностей выпускаемых, одна женщина Лара – мать пятерых детей по сериалу подпадала где-то под описание, а всех остальных не показывали, и вполне возможно все остальные были уголовниками и преступниками, не лучше Савельевой, а позиция указана героини одна – изловчится и всех подряд выпустить, авось они исправятся сами. Как упоминалось уже, в лагерях и тюрьмах, сидели воры, разбойники и убийцы – безжалостные типы с наколками, с кликухами, хорошо знающие воровские законы. А таких, как Левицкий, в бараке полтора человека, осужденных за мелочи – тоже не много. В 1953 году амнистировали 5 миллионов уголовников, а политических не выпускали, боялся Берия их.

Такая как Зина – настоящий враг своего народа, как написали многие в отзывах о сериале и героини. При таком количестве пунктов 58-й статьи, ее должны были сразу приговорить к расстрелу, доказательств предостаточно с отягчением, тогда расстреливали без различия в поле. Последняя серия смазывает все положительное впечатление о фильме очень сильно. Зина Уварова радуется, услышав по радио в лагере в марте 1953 года, что не стало Сталина, зря откидывает голову и закрывает глаза в радостном предчувствии скорого освобождения, за её преступление при любом правительстве – наказание очень строгое. После смерти Сталина ее бы не реабилитировали. Но задумка сцена такова, что ее вскоре освободят, и все у нее будет хорошо. В этом эпизоде сериала все осудили антисталинскую тему.

Правильно Сталин делал, что преступник и вор должен сидеть в тюрьме, он не пытал людей и их не судил, доносы на честных людей писали соседи, коллеги по работе, множество людей любили Сталина и пришли на его похороны, рыдали, был всенародный траур, многие своим детям рассказывали, а они своим. Еврейка - режиссер, наверное, хотела сказать, что, наверное, их вывозили то же из лагерей в автозаках для показательной картины. Если бы не было Сталина, то сидели бы все в немецких лагерях, и погибло не 800 000 и да же не 2 000 000 человек! Так пишут и считают многие зрители. Википедия пишет 1 600 000 смертей за период 1930—1956, вместо "более 2 000 000", при этом 800 000 погибших это в военные годы 1941-45. Голод, тяжёлые условия, болезни, с заключёнными в то время не церемонились, шла война, и надо было выполнять план. Это были каторжные работы. Как только самый тяжёлый период войны прошёл, то и смертность сразу снизилась. Значит, нормализовалось снабжение и нагрузки.

Все сошлись в одном, что главная героиня – отвратительная, но рассудил ее по-своему. Фильм хоть интересный и захватывающий, испорчен агиткой против эпохи и ляпами, если бы он основывался на реальных событиях и эпохе без добавления фантазии, красивой и приятной героиней, то было бы намного лучше, и фильм бы еще больше выиграл бы.

А продолжение сериала в ноябре 2019 года только будет.



Создан 10 дек 2018